Дискурс "мягкой силы" во внешней политике современной Индии

В докладе представлена комплексная оценка применения «мягкой силы» во внешней политике современной Индии. Исследуются социокультурные аспекты индийской «мягкой силы». Также акцент делается на исследование баланса сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе как одного из ключевых факторов развертывания стратегии «мягкой силы» во внешней политике страны. Определены институциональные, инструментальные и содержательные факторы, формирующие контекст индийской «мягкой силы».

Ключевую роль в реализации проектов «мягкой силы» играют идеи мирного развития, которые может предложить страна. Концептуальные особенности индийской «мягкой силы» напрямую соотносятся с ахимсой как важнейшей идеей, выработанной философско-религиозной мыслью Индии. Индия как родина ненасильственной политики ассоциируется с образом Махатмы Ганди и его идеями, которые по-прежнему остаются актуальными и востребованными.

При этом Индия обладает положительным опытом инкорпорирования гандистских идеалов ненасилия в свою внешнюю политику еще со времен Холодной войн, который связан с проведением Бандунгской конференции, выработкой на ней «панча шила» - пяти принципов мирного существование, апелляция к этим принципам в рамках развития Движения неприсоединения.

Тем не менее, Азиатские страны во второй половине XX века в большей степени выступали объектами публичной дипломатии, нежели ее субъектами. Сложившуюся ситуацию кардинальным образом изменил Китай, в котором с конца 1990-х гг. была инициирована системная работа по применению новых гуманитарных технологий. Политическая элита Индии озаботилась проблемой «мягкой силы» в начале 2000-х гг. в связи с активным использованием Компартией КНР во внешней политике принципа «ruan shili» - как именуют «мягкую силу» в Китае.

С одной стороны, в пику Китаю Индия делает акцент на приверженность демократическому развитию. С другой, как и Китай, Индия не настаивает на необходимости разделять демократические ценности при выстраивании равноправного партнерства. Тем самым, индийский образ «благородного гегемона» универсализирует положительное восприятие страны государствами с разными политическими режимами. Одновременно, Индия собственным примером опровергает исключительность «китайского пути» как наиболее эффективного для развивающихся стран: демонстрирует, что демократический транзит вопреки расхожему мнению вовсе не исключает возможности экономического прорыва.

К основным институциональным ресурсам индийской «мягкой силы» относятся:

- Отдел по вопросам публичной дипломатии при МИД Индии, сформированный в 2006 году вслед за аналогичной структурой в КНР (Управлением по вопросам публичной дипломатии);

- Индийский совет по культурным отношениям при МИД Индии;

- Индийский совет по международным отношениям при МИД Индии;

- Отдел по делам зарубежья при МИД Индии (до 01 января 2016 года – отдельное министерство).

Озадачившись, вслед за Китаем, возможностями гуманитарного воздействия, Индия стремится выстроить самостоятельную стратегию косвенного влияния посредством использования ресурсов «мягкой силы». Корректируется внешняя политика, проводятся институциональные реформы в области публичной дипломатии, усиливается взаимодействие с многочисленной диаспорой, развиваются современные медийные каналы коммуникаций.

«Битва за сердца людей» со стороны Индии только начата, но она весьма многообещающа. Очевидно, многие аспекты индийской внешней политики следующих десятилетий, будут зависит от того, сможет ли страна найти правильный баланс между «силой аргумента» и «аргументом силы».